Осень, как цыганская кибитка,
Катится по свету от забот
И листвы убогие пожитки
В дальний путь с собою не берёт.
Мёрзлая, дырявая накидка,
Стук копыт в припудренной траве…
Много нас, затерянных в кибитках,
Крестиков на жизненной канве,
Много нас, осеннюю прохладу
Чертящих колесами мечты,
Падает с лавиной листопада
С выдуманной ими высоты.
Только эхо высится над полем
Отзвучавших песен о любви,
Но, как встарь, твою лихую долю
Я с тобой готова разделить.
И золотом, и медью,
И бронзой всё горит –
Осеннего безделья
Роскошный колорит.
Усталою походкой
На трон из хризантем
Восходит солнце кротко,
Оставив роз гарем.
Последний взлёт прощанья,
Улыбка тишины,
Печалью расставанья
Глаза затенены,
Чуть слышно ветер дышит,
Беззвучно лист парит,
И птица в небе пишет:
«Прощай!» — и прочь летит.
Снова осень, довольно раздумий!
Я бреду в зачарованный лес,
Где верхушки берёз, словно дюны,
Уходящие в море небес,
Где у сосен – смолистая влага,
И по пояс – сухая трава,
Где, склоняясь под рябиновым стягом,
Ива моет в реке рукава.
Все мы ищем любовь и находим
Вместе с ней невозделанный сад,
И мы пестуем хрупкие грозди,
Где хранит свой нектар виноград.
Но по осени сад, облетая,
Мне даёт на минуту вздохнуть
О верхушках берёз, что, взлетая,
В небеса открывают нам путь.
Не в поле – ветер,
не в чаще – снег,
Душе метельный
грозит набег:
Седые кони –
на небесах,
И сердце тонет
в холодных снах.
Сдаваться – просто,
лететь – легко
На белый остров
из облаков,
Дружить с метелью
без дрожи век
И чистить перья,
Бросаясь в снег.
На губах твоих, о ночь, крошки звёзд,
В волосах твоих блестит нить комет,
На плече твоем сидит черный дрозд
И выклевывает блажь прошлых лет.
Ворошит он пепел неба крылом,
Предвещая неизбежный рассвет,
И мечтает он отправить на слом
Все столетья, лепестки млечных бед.
Деревья, словно льдины неживые,
Топорщатся в объятиях дождя,
Посверкивают ветками стальными
И ватный полог неба бередят.
Короткое затмение природы
До взрыва лип, до смерча тополей…
Как в сказке, превращаются уроды
В лебяжий дым, в зелёных журавлей.
Брызжет солнце из кувшина неба,
Раздувая пену облаков,
И летит с размаху в хлопья снега
С яблонь облетевших лепестков.
Капает вишнёвое сиянье,
От молитв растаяла земля,
И вступает в душу покаянье,
Словно с сердца за ночь спала тля.
Пьяных пчёл нестройное жужжанье
Сетью зависает над листвой,
И несётся ясень на свиданье,
В такт весне качая головой.
Из-под ног взлетают, словно птицы,
И обратно тянутся к земле,
Из пруда пытаются напиться,
Засыпают прямо на столе.
Под ногами раненые солнца,
Вороха оттикавших минут
Не хотят ни верить, ни бороться,
От зимы обещанной бегут.
Золотые письма расставанья
С почтой ветра ходят по земле…
Листья, листья – светлое прощанье
С тем, что жизнь уносит на крыле.
Идёт по миру красота,
Скользит танцующей походкой,
Как будто с чистого листа
Сейчас начнётся век короткий,
Как будто мир махнул рукой
На неизбежность зла и смерти,
С улыбкой глядя, как прибой
Слова любви на пляже чертит,
Как обаятельно легки
Движенья ветра в танце мая,
Когда он с яблонь лепестки
Земле на волосы сдувает,
Как я безделья не стыжусь,
К иконам пламенных каштанов
Не ставлю свечи, не молюсь –
Лишь грежу в мареве их пьяном.
Оконные крылья вспорхнули
В огонь синеглазой зари,
Вечерние угли раздули
Лампадки небес — снегири.
Взволнованно алые щёки,
И синь вкруг пылающих глаз,
Бурлят и взрываются соки
В руках, обнимающих нас.
Полнеба – глаза и туманы,
Полнеба – болезненный жар,
А ночь уж готовит для раны
Тягучий целебный отвар.
И стихнет заря под бинтами,
Смирит одичавшую кровь,
Забывшись короткими снами
До нового срыва в любовь.
Как розовый дракон, повисла туча
Над головой,
И руки сжаты холодом колючим,
Как бечевой.
Рассыпал тополь жёлтые билеты
По мостовой
На представленье зимнего балета
Под вьюжный вой.
Звенящий день, предсмертное дрожанье
В его ветвях,
Зима нам всем назначила свиданье
И ждёт в сенях.
Замерла на пороге зима –
Не зовут её в дом.
Слишком сладко на печке дремать,
Когда снег – за окном,
А в печи – только искры да жар…
Не входи, не тревожь!
Эта ночь – не последний ли дар,
Золотистая ложь,
Перед тем, как ворвётся метель
И застудит сердца,
Посрывает все двери с петель,
Замутит образа?
Нам до горя – лишь дверь да порог,
Может, меньше, чем ночь,
И скрывающий истину Бог,
Не готовый помочь.
Я с тобою не буду спорить,
Даже взглядом не выдам боль:
Между нами разлилось море
И в глаза мне бросает соль;
И прибрежный песок поднялся,
Чтобы жалить горячий лоб
В бесконечном круженье вальса
Потерявших значенье слов.
Это мёртвое море выжгло
Всё живое в единый миг,
Тот, кому я шептала «милый»,
Не услышит теперь и крик.
Шторм затихнет, и будет вечер,
Вместе с солнцем утонет боль,
Вновь толчками от встречи к встрече
Будет биться во мне Ассоль.
Вечер, ласковое солнце
Обнимает тишину
И нанизывает кольца
На закатную струну.
Золотистая дорога
По свинцовой глубине
От пылающего стога
В ноги падает ко мне.
Пальцы ив устало гладят
Шелк под солнечной струной,
В белом праздничном наряде
Льнёт к земле кувшинок рой.
Утоплю в озёрной грусти
Камень, сброшенный с души,
И грехи мои отпустят
Без молитвы камыши.
Осень разлилась янтарным соком
В гулких рвах средь сумрачных громад,
По шуршащим золотом дорогам
Лето ускользает в листопад.
Рыжий конь трясёт роскошной гривой,
Рассыпая листья, как цветы,
Будто ночью вспыхнуло огниво
И зажгло озябшие кусты.
И тебя, мой милый, пусть согреет
Этот вальс рубиновых дождей,
И любовь парит воздушным змеем
Над толпой безликих мелочей;
Мы с тобой следим заворожено
За летящей по ветру судьбой…
Как легко быть осенью влюблённым
В светлый час печали золотой.
Белым соколом снег
Преломляет закат,
И в расщелинах век –
Блеск осенних утрат…
Я люблю эту грусть,
Рассеченную сном,
Неприкаянный путь,
Отороченный льдом.
Но в романс забытья
И в кадриль пустоты
Вдруг вступают друзья,
Расчищая мосты,
А любовь бьёт крылом
По чернильному льду,
Грезя летним теплом,
На замёрзшем пруду.